12 марта 1911 в Киеве исчез 12-летний ученик Киево-Софийского духовного училища Андрей Ющинский.
Это трагическое преступление так до сих пор и не раскрыто Но расследование, судебный процесс, а потом и решение суда стали одним из самых ярких событий дореволюционной киевской истории.
В убийстве мальчика обвинили еврея Менахема Бейлиса.
Его обвинили в том, что с группой неустановленных лиц совершил ритуальное убийство .
Но Бейлис в основном не соблюдал предписаний иудаизма, известно, что он подвергался осуждению от единоплеменников за работу в субботу и в иудейские праздники, но как говорила следователям жена Бейлиса: “человек он бедный и праздновать нам некогда, а нужно зарабатывать кусок хлеба, чтобы содержать семью”. Мало того, Бейлис был в дружбе со священником соседней православной церкви (возможно, церковь Николы Йорданского) и помогал ему при строительстве, уговорив хозяина завода отпустить церкви кирпич ниже себестоимости. Во время погромов 1905 года Бейлиса не тронули; черносотенцы вместе со священником пришли к нему и сказали‚ что с его семьей ничего плохого не случится.
25 сентября 1913 года начались заседания киевского окружного суда . Сам суд, длившийся 34 дня, показал, что доказательств того, что убийца – Бейлис, у обвинения не было никаких, кроме одного желания добиться обвинения.
Любопытен список присяжных, которые рассматривали дело Бейлиса.
Макарий Мельников – губернский секретарь, помощник ревизора контрольной палаты, старшина присяжных,
Петр Калитенко – служащий киевского вокзала,
Митрофан Кутовой – крестьянин из Хотова,
Порфирий Клименко – крестьянин, ныне работник винного склада в Киеве,
Савва Мостицкий – киевский извозчик,
Аким Олейник – гостомельский крестьянин,
Георгий Оглобин – чиновник,
Иван Перепелица – трамвайный контролер,
Константин Синьковский – служащий почты,
Митрофан Тертычный – житель Борщаговки,
Фауст Савенко – крестьянин из Кожуховки,
Иосаф Соколовский – крестьянин.
Заключительное слово Менахема Мендла Бейлиса: «Я многое хотел бы сказать… Но я устал и не могу… Одно прошу вас… Поймите‚ что я не виновен‚ и скажите‚ что я не виновен… Дайте мне снова увидеть семью и детей‚ которых я не видел два с половиной года…»
Кстати, после оправдательного приговора он еще сутки провел в тюрьме, но уже свободным человеком. Были подозрения, что при выходе из зада суда его могут убить, потому его под конвоем отвезли назад в острог.
