СПРАГА: Все,Знання Ольга Швец: Глупость

Ольга Швец: Глупость

Меня расстраивает глупость продавцов.


Прихожу я вчера купить сливочное масло.
Уточняю: дайте мне Яготинське наименьшей жирности.
Она мне даёт какую-то бледную пачку, с непонятным названием. Смотрю на состав: сыворотка, маслянка, растительные жиры, сухое молоко, кукурузный крохмал…

Спрашиваю: Это же не масло, что это?

Она в ответ: Вы же просили, самое нежирное!

Но я же не просила самый нежирный товар из магазина! Удивительно, почему она не дала мне пачку салфеток или набор трубочек для коктейля. Они-то точно нежирные!
Рядом стояла вторая сотрудница, укоризненно так посмотрела на первую: Сказано же четко, Я-го-тин-ське. Первая отвечает: Но оно же жирное. Вторая на нее посмотрела с таким сочувствием, что мне аж ругаться расхотелось. А я ведь могла ответить: «Да, блин. Масло жирное. Масла — это жиры. А ещё его на хлеб мажут и добавляют в кашу, чтобы было жирнее. А вот когда хотят, наоборот, убрать жирное пятно, берут салфетку. Потому, что она нежирная. Жирное+ нежирное. Наверное, так и продавщиц в магазин подбирают: умная + неумная. Для мирового равновесия».

Оставить ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Також рекомендуємо

Корпоративна культура: табу і дозволеностіКорпоративна культура: табу і дозволеності

Корпоративна культура – це дійсно те на що слід зважати і власникам підприємств і рядовим працівникам. Про роль корпоративної культури компанії в робочому середовищі і в процвітанні бізнесу, зокрема, було

Валерий Перелешин: перечитывая Гумилева.Валерий Перелешин: перечитывая Гумилева.

Валерий Перелешин — поэт, мемуарист и журналист первой волны эмиграции. Долгое время жил в Бразилии. Известен прежде всего благодаря своей гомосексуальной лирике. Очень немногим знакомо имя Валерия Перелешина. Тем не

Университетская утопия старого КиеваУниверситетская утопия старого Киева

VIII столетие было не самым лучшим в истории Киева.  Оказавшись в роли пограничного города-крепости, Киев жил былой славой, сохраняя значение центра академического образования и Второго Иерусалима, но понемногу приходил в